Чуть больше года назад, в очередной раз исследуя самого себя, я наконец-таки добрался до темы детско-родительских отношений.

До той поры я не очень любил вспоминать о детстве и, в частности, об отце, имея к последнему массу претензий. Считая, его виновником моих бед и будучи уверенным в том, что из-за него в моей жизни проблем было гораздо больше, чем могло бы быть. Но в тот момент (где-то год с небольшим назад) обстоятельства уткнули меня носом в эти воспоминания. И вынудили проанализировать свои претензии с новых позиций. Позиций не обиженного на папу подростка, а взрослого и умного мужчины, умеющего признавать собственную неправоту.

Впрочем, прежде чем доставать из памяти запыленные воспоминания и рассматривать их под микроскопом, я решил для начала осознать (т.е. вывести из тени бессознательного на свет) те мысли, которые имел о собственном отце в тот момент.

И знаете, меня весьма удивило то, что я в себе обнаружил.
 
Так, например, я считал, что ничем не обязан своему папе и в наследство он не оставил мне ничего, кроме комплексов, страхов, неуверенности и беспомощности. А также – плохой генетики. В частности, мне не нравилось собственное телосложение, которое с возрастом все больше и больше напоминало папино.

При воспоминании об отце мне одновременно вспоминались и те минуты непонимания, не поддержки, не защиты и не любви, которые он регулярно мне демонстрировал.

А потому мне стало понятно, почему я не особо любил вспоминать о нем (за исключением нескольких смешных эпизодов).

Мне было больно, обидно и стыдно.

Да. Не знаю, как Вы, уважаемый читатель, а я, будучи подростком, частенько стыдился своего папу и с завистью поглядывал на отцов своих друзей – сильных, уверенных в себе, зарабатывающих много денег и умеющих решать трудности собственных детей гораздо раньше, чем те сами осознают их наличие.

Моим одногруппникам отцы покупали дорогие часы, модную одежду, давали денег достаточно для того, чтобы те могли произвести хорошее впечатление на девчонок и отмазывали от армии. А я чувствовал незащищенность и бессилие.

В глазах моих друзей отчетливо угадывались уверенность в завтрашнем дне, пренебрежение к опасностям и понимание того, как устроен этот мир. А я своим взглядом лишь демонстрировал растерянность, неуверенность в себе и желание найти точку опоры.

И так было довольно долго.

Само собой, винил я во всем этом исключительно своего папу.

Это ОН не дал мне хорошего воспитания, это ОН не снабжал меня финансами, это ОН не купил мне квартиру и машину. Это Он не рассказал мне, что надо делать, чтобы понравиться девушкам и … самому себе. Это ОН.

И я уже молчу про скандалы, которые папа иногда закатывал, про бессмысленные запреты, которые накладывал на меня, про обидные прозвища, которые давал и т.п.

Мой родной папа вместо того, чтобы служить мне опорой и защитой, выбивал у меня почву из под ног. А потому я по возможности старался оградить себя от его влияния.

И, надо признаться, это у меня неплохо получалось.

Как мне казалось, я научился противостоять его влиянию и, в конце концов, как выразился один из эзотериков, с которыми я общался, – стал отцом самому себе.

Я научился сам воспитывать себя, поддерживать себя, учить себя, конструктивно критиковать себя и утешать себя. И это помогло мне укрепиться в этой жизни.

Лишь год назад, продолжая, как я уже писал, исследовать себя, я пришел к выводу, что всего этого оказалось недостаточно. Что-то в моей жизни так и не заработало. Причем, не заработало по каким-то непонятным для меня причинам.

Я к тому времени уже был успешным человеком. Имел хороший доход, внешность, умение общаться со слабым полом. Но все равно чувствовал какую-то неопределенность и неполноценность.

Что именно меня не устраивало?

Пожалуй, у меня не было ощущения внутренней силы, душевного единства и титанового стержня в характере.

Да и откуда им, спрашивается, взяться?

Причину собственных затруднений я осознал в беседе со своим коллегой – Александром Труновым – http://gilpro.ru/trunov/  .

Если Вы давно являетесь подписчиком моей рассылки, то, возможно, помните, что год назад я замышлял с ним совместный проект и предлагал задать ему вопросы.

К сожалению, этот проект превратился в долгострой. Стоило мне собрать с подписчиков вопросы, которые они хотели бы задать Александру, как у нас в Краснодаре выпал снег. Причем, выпало его так много, что наша южная столица, не готовая к подобным проявлениям зимы, оказалась полностью парализованной. Почти на месяц. Будучи не в силах даже встретиться, мы с Александром решили отложить проект. И… отложили …

Сейчас у меня нет времени продолжить его, но я надеюсь, мы к нему еще вернемся.

Так вот,

В той беседе год с лишним назад Александр Трунов обратил мое внимание на то, что все мы представляем собой продолжение своих родителей. Продолжение своего папы и своей мамы. Во внешности, в характере, в привычках, ценностях и убеждениях мы повторяем своих родителей. Как бы продолжаем их.

Безусловно, есть в нас и что-то уникальное, присущее исключительно нам. Это бесспорно. Но далеко не все. Хотим мы этого или нет, мы являемся продолжением своих родителей. То есть, грубо говоря, состоим из трех частей: продолжения мамы (ее внешних признаков, черт характера, привычек и ценностей), продолжения папы (то же) и самого себя, уникального. А потому, стараясь забыть, например, своего отца, считая его не достойным уважения или любви, мы отрицаем эту часть себя. Понимаете? Сами того не замечая, мы отвергаем в себе все то, что, так или иначе, ассоциируется у нас с отвергаемым родителем.

Чтобы пояснить это утверждение и показать его грандиозность, я приведу пример:

Например, если я не хочу быть молчаливым, я отрицаю в себе молчаливость и только. Разумеется, лучше мыслить позитивно и концентрироваться не на том, что хочешь исключить из своей жизни, а на том, что хочешь в нее привнести (в данном случае – общительность). Но тем не менее. А если я не хочу быть таким, как, например, мой отец, я не хочу иметь с ним НИЧЕГО общего! Как Вам такое? Не хочу иметь с ним общего не только в том плохом, что в нем есть, но и в том хорошем, что он демонстрирует, тоже!

Я воспринимаю отца целиком. А значит, если я не хочу быть на него похожим, то подсознательно не хочу иметь и то хорошее, что в нем было. Ну, например, не хочу сам быть отцом!

Ведь мой отец был отцом, а я не хочу быть, как он!

Как следствие этого, у меня может возникнуть необъяснимое НЕжелание заводить детей или проблемы с отцовством (если такое желание все же есть) – ну не получается завести ребенка и все тут. Или я не захочу создавать семью (ведь у него же семья была)! Или не смогу этого сделать ПОЧЕМУ-ТО, несмотря на все попытки. И так далее.

Ну, хорошо. Если в отце было много чего хорошего, то отрицать его целиком будет, конечно, неразумно. С этим, я надеюсь, Вы согласитесь. Но как поступать, если хорошего в нем Вы, сколько не силитесь, ничего найти не можете? Может быть, в этом случае стоит включить полный игнор?

Увы, и в этом случае все не так просто, как хотелось бы. От того, что Вы что-то в себе отрицаете, это что-то совсем не обязательно из Вашей жизни исчезнет. И даже более того – скорее всего оно, это отрицаемое, наоборот, лишь укрепит свои позиции. Как в анекдоте:

Сидит мужчина в позе лотоса и занимается самовнушением: «Я не хочу в туалет. Я не хочу в туалет. Я не хочу в туалет. Я не хочу… Это не я обгадился. Это не я обгадился. Это не я…» .

Повторяю, если Вы что-то отрицаете, то, скорее всего, самое большее, что Вам удастся – Вы просто перестанете это замечать. Или начнете внутренне протестовать против него. То есть, перестанете быть цельным человеком. Внутри Вас появится что-то, против чего Вы начнете бороться.

Вы начнете бороться против себя!

Как этого избежать? Как стать человеком цельным и гармоничным? Как перестать бороться против самого себя?

Мне кажется, что для того, чтобы что-то в себе изменить, надо сначала признать, что это в тебе есть. То есть, перестать отрицать это. Примириться с данным фактом.

Исходя из вышесказанного, можно было предположить, что до тех пор, пока я не примирюсь в своем сердце с собственным отцом, стать гармоничным, целостным человеком (а, следовательно, и Настоящим мужчиной в моем понимании этого слова) у меня не получится. Ведь во мне всегда будет что-то, с чем я не согласен – та часть, которая мне досталась от отца. Еще раз обращаю Ваше внимание – не обязательна плохая часть!

А так как мне все-таки хотелось обрести внутреннюю гармонию и целостность, я начал процесс примирения с папой.

К сожалению, дело осложнялось тем, что мой отец к этому времени уже давно умер.

Впрочем, по причине того, что примирение должно было произойти не столько наяву, сколько в моем сердце, непосредственный контакт с отцом был не обязателен. Желателен, конечно, но не обязателен. И это делало примирение с, увы, уже умершим папой реальностью.

Для того чтобы это сделать, я решил выполнить некоторую внутреннюю работу.

Для начала я достал старый семейный фотоальбом и нашел его фотографию. С этого дня и несколько следующих недель я ежедневно стал носить ее с собой. Не спрашивайте меня, почему я так сделал. Просто мне показалось это уместным и разумным. Я начал носить это фото с собой, ставить ее перед монитором на рабочем месте, время от времени доставать и разглядывать и т.д.

И знаете что произошло?

Я вспомнил. Вспомнил своего папу. Вспомнил его не только таким, каким он представлялся требовательному и обиженному подростку внутри меня, но и таким, каким он был вне моих фильтров сознания.

Тем, кто видел фильм Тима Бертона «Крупная рыба» будет понятнее, что я имею в виду. В этой картине сын главного героя недоволен своим отцом. Он считает его ужасным выдумщиком и безграничным фантазером. И, наблюдая за действием фильма, зритель, скорее всего, придет к тому же выводу. И даже тогда, когда сын начинает всерьез вглядываться в своего папу и пытаться разглядеть за его россказнями истину, он не может увидеть ничего другого. И только в тот момент, когда на его похороны собираются друзья, становится ясно, что выдумки в его словах было не так уж и много.

Так же произошло и со мной. После того, как открыл свое сердце папе (причем папе плохому, так как я, напоминаю, был о нем не очень хорошего мнения), после того, как примирился с ним (в основном – с его недостатками), увидел его и другого – такого папу, о котором я уже и забыл совсем. Папу такого, какого я видел не подростком, а ребенком.

Я вспомнил его умение общаться с людьми. Его великолепное чувство юмора. Его золотые руки. Его любовь к растениям. Его артистичность. И многое-многое другое.

Кроме того, я признал свои недостатки. Те недостатки, которые унаследовал от него. Они во мне были, это точно. Но знаете, что? – эти недостатки вдруг перестали мне казаться таковыми. Они теперь предстали передо мной в виде особенностей. Особенностей, которые можно легко изменить или модернизировать в случае необходимости. Которые надо учитывать и о которых необходимо помнить, даже если не в состоянии ничего с ними поделать.

Мое глубокое убеждение – когда принимаешь собственного отца, когда понимаешь тот факт, что являешься его продолжением, ты становишься взрослым мужчиной. Иначе, оторванная и игнорируемая часть души остается дырой внутри тебя. Дырой, высасывающей силы и энергию.

Я не буду дальше убеждать Вас в ценности примирения с папой. Заметка и так получилась очень большой. Но если Вы сейчас с ним в ссоре, просто поймите, что этим Вы блокируете часть собственной души.

Возможно, у Вас к нему очень много претензий. Да, такое бывает. Но, быть может, эти претензии мешают Вам увидеть его настоящим, как Вы считаете? И мешают стать Настоящим Вам самому? Не слишком ли это большая плата за возможность и дальше хранить обиду на него?

Мое окончательно взросление, как я считаю, началось с мысленных слов «Спасибо тебе, папа. Я тебя очень люблю».

А Вы, давно ли Вы произносили эти слова?